Переключиться на мобильную версию

"Хорошей налоговой реформы в Украине нет. Лучше ничего не делать"

При Координационном совете реформ создана Группа экономической стабилизации. Мы поговорили с ее участником экономистом Сергеем Алексашенко.
"Хорошей налоговой реформы в Украине нет. Лучше ничего не делать"

В недавнем интервью глава Администрации президента Борис Ложкин рассказал о создании так называемой Группы экономической стабилизации, состоящей из международных экономистов*. Группа создана при Координационном совете реформ при содействии Bendukidze Free Market Center. Задача приглашенных экономистов - подготовить рекомендации по макростабилизации в Украине.      

Участник этой группы, экс-первый зампред Банка России, руководитель аналитической группы "Центр развития" Сергей Алексашенко в интервью ЛІГА.net рассказал, почему 2016 год будет самым сложным, стоит ли Украине слушать советы МВФ, когда проводить налоговую реформу, и навсегда ли потерян российский рынок сбыта.  

- Руководства украинского Минфина, Министерства экономики и НБУ говорят о достижении макроэкономической стабилизации в стране. В свой последний приезд глава МВФ заявила о фантастическом макроэкономическом успехе Украины. Вы разделяете оптимизм политиков?

- За последний год я побывал в Украине пять раз, и могу сказать, что, по сравнению с прошлыми годами, изменения огромные: пришли новые люди, которые адекватно понимают ситуацию и в большинстве случаев знают, что нужно делать, а некоторые из них даже готовы что-то делать.

Если говорить о более короткой перспективе, то следует учитывать, что экономика Украины во вдвойне сложном положении: нельзя до конца абстрагироваться от ситуации военного времени. Украина потеряла четверть своего ВВП и экспортной выручки в Донбассе. Но все-таки ее основные проблемы в экономике вызваны не войной. Даже если бы не было Донбасса, то все равно был бы кризис, и проблемы были бы те же самые: низкая инвестиционная привлекательность, высокая коррумпированность, высокий уровень олигархизации, низкая конкурентоспособность бизнеса и слабое государство. Слабое не потому, что маленькое (судя по затратам, оно как раз очень большое), а потому, что не выполняет основных функций. В реформировании, а точнее - в построении нового государственного механизма, который создал бы более привлекательные условия для бизнеса, успех небольшой.

Даже если бы не было Донбасса, то все равно был бы кризис, и проблемы были бы те же самые 

В решении проблем, вызванных войной, успехи более очевидны. Достаточно сказать, что впервые за 10 лет Украина получила второй транш МВФ. Обычно Украина получала первый транш и выходила из программы МВФ: "Помогли, спасибо, до свидания". Сейчас у украинского руководства хватает ума и воли следовать болезненным рецептам МВФ, впрочем, задержки с подготовкой отчета осенней миссией Фонда, связанные с бюджетными вопросами, показывают, что эта ситуация не является стабильной и может измениться в любой момент.

- Хорошо, что вы заговорили о программе МВФ. У нас в стране к ней очень неоднозначное отношение. Половина депутатов заявляет, что программа настолько жесткая, что является чуть ли не геноцидом "пересичных" украинцев. В то же время некоторые представители либерального лагеря говорят, что программа половинчата и недостаточно радикальна для преобразования Украины во что-то жизнеспособное…

- Подождите. Надо четко понимать, что никакая программа МВФ не направлена на преобразование страны. Программы МВФ во всех странах мира - это набор мер для макроэкономической стабилизации: снижение инфляции, стабилизация платежного баланса, нормализация ситуации в бюджетной сфере. Вот три основные задачи, которые решает МВФ. Представьте, что в больницу поступил больной с кучей болезней, температурой за 40 °С, давлением 200 на 140 и обильным кровотечением. Любой врач сначала кровь остановит, потом собьет температуру и нормализует давление, и только после этого будет решать, что и как лечить. Вот МВФ - это врач, который останавливает кровотечение, стабилизирует температуру и давление. История работы МВФ во многих странах показывает, что они научились это делать. То есть если следовать их советам, то от "температуры" страна не умрет. Но МВФ не лечит более серьезные болезни. Одних его советов мало, чтобы стать развитой и конкурентной страной.

- У наших политиков любимый аргумент, что МВФ довел Аргентину до дефолта…

- Аргентину в нулевых до дефолта, так же, как и Россию в 1998 году, довело правительство. МВФ пытался им чем-то помочь, давал какие-то советы, но ни аргентинское правительство, ни российское к ним не прислушивались, надеясь, что "авось рассосется".

МВФ - это врач, который останавливает кровотечение, стабилизирует температуру и давление 

В случае с Украиной программа МВФ дает не только советы, но и достаточно большие валютные ресурсы, которые позволяют, с одной стороны, стабилизировать курс гривни и расплатиться правительству с первоочередными долгами (хотя бы перед тем же самым МВФ). Потому что если страна не расплачивается с МВФ, то для нее вообще все закрыто, с ней никто не будет разговаривать. Украинская программа МВФ с точки зрения восстановления температуры и давления - нормальная. Она не супержесткая. Например, все видят, что в Украине высокий уровень госрасходов - более 50% от ВВП, но МВФ не настаивает: давайте на 30% сократим все госрасходы. Он предлагает: давайте здесь найдем кусочек маленький, еще здесь чуть-чуть отрежем, здесь налоги начнем лучше с олигархов собирать, а здесь поэтапно цены на газ поднимем. Достаточно конструктивный набор мер.

- Если вернуться к вопросу о макростабилизации, вы согласны, что Украина прошла пик трудностей? Последние четыре месяца все выглядит неплохо: платежный баланс в небольшом плюсе, инфляция месяц к месяцу около нуля…

- Не согласен. Украина еще не прошла самую сложную развилку. Цены на газ и тепло для населения повышены, и только сейчас население начнет платить повышенные платежи. Справится ли система субсидий, будут ли население и компании полностью оплачивать? Напомню, что в следующем году, в апреле, пройдет еще одно повышение цен на газ.

Условно говоря, если правительство убедит население и бизнес, что за газ надо платить, и у Нафтогаза опять не вылезет многомиллиардный дефицит, то можно будет говорить, что самую критическую развязку прошли. К тому же надо учитывать, что бюджет следующего года будет очень жестким, если правительство попытается выполнить программу МВФ. Учитывая 2%-ный рост ВВП и 12%-ную инфляцию, сокращение поступлений от Нацбанка и возможную отмену импортного сбора, доходная часть бюджета будет приблизительно такой же, как и в текущем году. Суровая реальность говорит, что в этом случае и расходы должны быть такими же, как в этом году. Но правительство уже обещало повысить социальные стандарты и увеличить военный бюджет. А за счет кого можно будет сократить расходы, не очень понятно. Я посмотрел структуру бюджета - там особо сокращать некуда. По крайней мере, не одномоментно: нужно сделать последовательную пятилетнюю программу и за это время сократить относительные расходы бюджета. Для этого надо провести структурные реформы - в здравоохранении, образовании, социальной защите, жилищно-коммунальном хозяйстве, закупках, в том числе для Министерства обороны, но на это потребуется время.

Суровая реальность говорит, что в этом случае и расходы должны быть такими же, как в этом году. Но правительство уже обещало повысить социальные стандарты и увеличить военный бюджет. 

За следующий год все это сделать не получится. Поэтому я считаю, что у Минфина именно следующий год будет самым тяжелым. Кроме того, всегда есть риск, что цены на нефть отскочат с сегодняшних $44-47 за баррель до $60-65, что повлечет повышение цен на газ. Тогда весь вроде как стабилизировавшийся платежный баланс Украины может совсем по-другому выглядеть.

- Я правильно понимаю, что вы оцениваете перспективы бюджета без грядущей налоговой реформы? Вариант реформы Минфина нещадно критикует бизнес и глава налогового комитета, вариант так называемой либеральной реформы категорически не нравится Минфину. По их мнению, такая реформа приведет к дефициту бюджета до 200 млрд грн…

- Я не видел ни одного внятно просчитанного варианта налоговой реформы. Минфин свой проект не показывает, проект Южаниной - с плохой базой расчетов. В моем понимании, реальной концепции налоговой реформы у Украины нет, и в этой ситуации я бы советовал ничего не делать. Уже конец ноября. Если сейчас начать какую-то налоговую реформу продвигать через Раду, ее только в середине декабря утвердят. Пожалейте бизнес, который с 1 января должен будет жить по новым правилам, а он их еще не знает. Налоговая реформа - важная вещь, и если вы не знаете точно, что хотите сделать, лучше этого не делать. Это первое.

Реальной концепции налоговой реформы у Украины нет, и в этой ситуации я бы советовал ничего не делать 

Второе - все варианты налоговой реформы, которые я видел, имеют минус по доходам бюджета, который частично компенсируется какими-то мифическими доходами от деолигархизации, детенизации и т.д. Я, честно говоря, в это не верю. Нельзя на раз повысить собираемость налогов на 30%. Еще раз повторюсь, у Минфина нет возможности увеличить расходы в следующем году сверх нынешнего уровня. А если уменьшить доходы, то это означает, что нужно уменьшать расходы. Политики, сидящие в парламенте и Кабинете министров, должны это четко понять. Увеличить дефицит бюджета нельзя: программа МВФ не дает этого сделать. Идея еще раз кинуть МВФ очень плохая. Тогда курс будет не 23, а 33 и 43 за гривню. Страна просто вернется к старому проверенному способу разрушения экономики: напечатать много новых денег.

- С другой стороны, понятно, почему власть спешит с налоговой реформой. Доверие ко всем ветвям власти падает. Нельзя провести налоговую реформу, не имея минимального доверия. Политики хотят впрыгнуть в последний вагон.

- Я не готов поддержать такой жесткий тезис, что власть теряет доверие, у меня не слишком много информации, хотя "первый звоночек" для коалиции на местных выборах явно прозвучал. Может быть, доверие находится на низком уровне, и власть не оправдывает ожиданий. Вы обуславливаете доверие к власти очень узким вопросом - снизите налоги, будет и доверие. Но если говорить о среднесрочном и долгосрочном будущем экономики Украины, то вопрос налоговых ставок не первый. Да, важный, да, болезненный, да, спекулятивный, но когда вы разговариваете с бизнесменами, последнее, о чем они говорят, - это размер налоговых ставок. И это понятно. Смотрите, как рассуждает бизнес: да, в Украине высокие налоговые ставки, но в Украине очень дешевая рабочая сила. И с точки зрения международного бизнеса, нужно еще посчитать, что хуже: повысить стоимость рабочей силы в три раза и снизить социальный налог до 20% или оставить все как есть. Это вопрос счета. У бизнеса есть гораздо более болезненные вопросы. Например, администрирование налогов. Или коррупция. Или равенство всех перед законом и компетентный независимый суд.

- То есть вы предлагаете все оставить как есть в налоговой сфере?

- Совсем нет. Я бы взял паузу на год, прежде чем менять налоговые правила. Например, в конце этого года я бы объявил, что с 1 января 2017-го будут такие-то изменения. За следующий год накопил бы финансовые резервы, провел переговоры с международными финансовыми организациями, чтобы получить экстренную поддержку в случае, если будет резкое падение доходов. Именно так делали налоговую реформу Рейган и Тэтчер.

- А откуда такая уверенность, что детенизация в первый год не даст результата?

- Бизнес должен поверить, что правила всерьез, должен на них согласиться. С другой стороны, ваша налоговая должна начать собирать налоги с тех, кто прячется, а не ловить их и предлагать решить вопрос, например, за 50% грозящего штрафа…

- То есть вопрос коррупции первичен?

- Да. Поэтому налоговая реформа - это один из маленьких кирпичиков, и если ранжировать, я бы точно не поставил его на первое место, хотя он очень важный.

Бизнес должен поверить, что правила всерьез, должен на них согласиться 

- Вы, как и все экономисты, даете, скажем так, институциональный рецепт экономического роста: равные условия, нормальные законы, справедливый суд. Но это все долгая история. А есть рецепт, как "завести" экономику уже в следующем году, чтобы вырасти не на 2, а на 4%?

- Чудес в экономике не бывает. Опять повторюсь: Украина не в уникальном положении, за последние три десятка лет многие страны решали такие же задачи. Власть может обеспечить условия для роста ВВП, а не создать его. ВВП создает бизнес и вызывает у людей желание зарабатывать и жить лучше. Правительство же, наоборот, берет созданную другими часть ВВП и перераспределяет каким-то образом. Соответственно, главное, что сегодня власть может сделать, - это поддерживать стабильную макроэкономическую ситуацию. При инфляции выше 5% любой среднесрочный экономический прогноз теряет смысл. Также власть должна обеспечить борьбу с коррупцией, честный суд и защиту права собственности, или хотя бы начать очевидное движение в этом направлении. Третье, что может сделать правительство, - это минимизировать всякие административные барьеры на контрольные, лицензионные, стандартизированные процедуры и сократить транзакционные издержки. Это все можно запустить, условно говоря, за три месяца, или, по крайней мере, составить детальный план, объявить его и начать выполнять. Бизнес не ждет, пока правительство выполнит все 128 пунктов своей программы. Кто-то приходит, когда выполнены два пункта, кто-то придет, когда выполнены 22 пункта, а кто-то ждет 122-го пункта. Но если вы сегодня не начнете движения по этим 128 пунктам, то завтра к вам не придет никто. Если вы не знаете, какая у вас цель, то прийти к ней очень тяжело, почти невозможно.

Власть может обеспечить условия для роста ВВП, а не создать его. ВВП создает бизнес 

- Украинское правительство не знает, какую экономику строит. У каждого министра свое видение…

- Я считаю, что нужно строить экономику равных возможностей. Стартовые возможности для бизнеса у всех одинаковые, защита бизнеса - одинаковая, регулирование со стороны государства - одинаковое в рамках отрасли, чтобы налоговая инспекция ко всем относилась одинаково. При этом желательно, чтобы власть была некоррумпированная и неолигархическая.

Еще важно "думать в длинную". Опыт всех успешных стран показывает, что в долгосрочной перспективе 5+ лет экономика может расти исключительно за счет внешних рынков. Возможности внутреннего рынка ограниченны у любой страны, даже у США. Все быстрорастущие экономики растут за счет того, что находили ниши на внешнем рынке. В Украине живет 42 млн человек, в мире живет 7,5 млрд. Конечно, больше шансов заработать на рынке в 7,5 млрд. Просто должны быть соответствующие товары или услуги. Поэтому я сильно не люблю все эти определения - экспортно ориентированная или не экспортно ориентированная. Вот создайте условия для экономического роста, дайте бизнесу проявить свои возможности, а лет через десять посмотрим, что получилось. Появились крупные машиносборочные предприятия, как в китайской экономике, или развилась аграрная экономика с экологически чистой продукцией - и Украина заполнила ею весь мир. Дайте бизнесу поработать, а потом мы уже решим, как назвать то, что получилось.

- Вы коснулись очень дискуссионного вопроса… У нас есть ІТ-сектор. Говорят, от 40 000 до 90 000 человек в Украине программируют и приводят в страну пару миллиардов долларов. Вопрос стоит так: а нужно ли этим умным, мобильным и востребованным в мире людям давать налоговые льготы? Они говорят: "Не дадите? Уедем!"

- Не готов детально отвечать на этот вопрос. Я не против стимулирующих льгот, например по налогу на прибыль для молодых предприятий, инвестиционных льгот, когда инвестиции каким-то образом учитываются в налогах, и т.д. К тому же льгота - это не только налоги. Например, для ІТ-компаний можно создать какие-то технопарки со своей инфраструктурой и недорогой арендой. Что касается налога на заработную плату, то надо вникнуть в его суть: человек платит за свою будущую пенсию. Он участвует в государственной системе, которая будет платить ему пенсию. Программисты, получающие в 10-15 раз больше, чем средняя зарплата в Украине, могли бы платить ЕСВ с какой-то части своей ЗП, например, с 2-3-х среднестатистических зарплат (государство же не обещает им пенсию в 10-15 раз больше средней). А остальное они были бы обязаны откладывать в какой-то негосударственный пенсионный фонд, чтобы потом, выйдя на пенсию, они не приходили к государству "с протянутой рукой" .

Дайте бизнесу поработать, а потом мы уже решим, как назвать то, что получилось.  

- Все прекрасно знают, что государство не просто тратит все поступления от ЕСВ на сегодняшние пенсии, а еще и берет львиную долю из бюджета, который, по идее, к пенсиям никакого отношения не имеет.

- Я посмотрел бюджет украинского Пенсионного фонда. Там намешаны чай, кофе, пиво и подсолнечное масло. В моем понимании, там есть пенсии, и там есть набор социальных выплат, которые администрируются и выплачиваются Пенсионным фондом. Давайте возьмем все, что не пенсия, и передадим в бюджет. И, может быть, после этого Пенсионный фонд останется в небольшом плюсе?

- Что вы имеете в виду под соцвыплатами: надбавки, спецпенсии?

- Самая большая графа - то, что на профессиональном сленге называется "дотяжка пенсии до прожиточного минимума". Например, человек не наработал минимально необходимый стаж и вышел на пенсию. И если по формуле считать, его пенсия должна быть 400 грн в месяц. Тогда ему Пенсионный фонд (а на самом деле - государство из бюджета) доплачивает до 900 грн (чтобы получилась минимальная пенсия). Это называется "дотяжка". Надо понимать, что это никакая не пенсия - это социальное пособие на нищету. И таких доплат в Пенсионном фонде много. Все навалено в кучу, и, по большому счету, пытаться это как-то сбалансировать - плохая идея. Надо четко отделить пенсии от всего остального.

Надо понимать, что это никакая не пенсия - это социальное пособие на нищету. 

- Как вы считаете, вообще пенсии в том виде, в котором их придумал Бисмарк, - они останутся?

- Нет. Я думаю, что будущее пенсионной системы европейских стран, особенно восточноевропейских, - это примерно то, что я вам описал. Пенсионные взносы работающих людей ровно на прожиточный минимум в старости, все остальное - за счет обязательного пенсионного страхования. Ответственность государства - обеспечить прожиточный минимум, а все остальное сами.

- Последний вопрос - об экономических отношениях России и Украины. В три раза упал товарооборот между странами. Насколько долго продлится блокада? Или интеграция рынков слишком тесная, и страны обречены на бизнес-сотрудничество?

- Все же понимают, что основные причины сокращения товарооборота - политические. Это Крым, это Донбасс. Как будет развиваться товарооборот Украины и России, зависит от позиции политических лидеров. В запрете России на импорт украинского продовольствия, или локомотивов, или еще чего-то нет никакой экономической составляющей. Это политически мотивированное решение. Оно наносит удар по украинским производителям и российским потребителям. Правительство принимает абсолютно осознанное политическое решение типа "пусть у меня корова сдохла, зато у соседа сдохли две". И здесь какие-либо прогнозы давать бессмысленно. Потому что это абсолютно индивидуализированные решения одного конкретного человека.

- У украинской экономики, вопреки прогнозам, не получилось переориентироваться на Европу быстро...

- Ну! Украинская экономика не может переориентироваться на Европу за один год: это слишком короткий срок. Существенная часть оборонно-промышленного комплекса, машиностроительной продукции поставлялась в Россию. Вернется ли когда-то ситуация назад? Боюсь, что нет. Россия начала создавать альтернативные производственные мощности. При этом Украина не может экспортировать абсолютное большинство машиностроительной продукции, и ВПК в Европу - совсем другой рынок сбыта. Соответственно, украинские компании должны искать какие-то другие ниши, а это процесс небыстрый. Быстрая переориентация на Европу и Средний Восток - от Индии до Марокко с Турцией - может произойти только в том случае, если в Украину будет приходить иностранный капитал (не столько деньги, сколько технологии и менеджмент), если в стране будут появляться новые производственные мощности, новая конкурентоспособная продукция. А это возможно: в Украине дешевая и достаточно квалифицированная рабочая сила, хорошие инженерные кадры. Но для того чтобы эти возможности начали использоваться, нужно иметь стабильную макроэкономику, честный суд, защищенное право собственности. Создайте фундамент - и бизнес отреагирует гораздо быстрее, чем мы думаем.

* Кроме Алексашенко в состав группы вошли Иван Миклош, бывший вице-премьер Словакии; экс-премьер, министр финансов и глава центробанка Латвии Эйнарс Репше и президент аналитического центра CASE Марек Домбровски 

Комментариев (0)
Оставляя комментарий, пожалуйста, помните о том, что содержание и тон Вашего сообщения могут задеть чувства реальных людей, непосредственно или косвенно имеющих отношение к данной новости. Пользователи, которые нарушают эти правила грубо или систематически, будут заблокированы.
Полная версия правил
Осталось 300 символов
Реклама
Мы в соцсетях
Реклама
Реклама
Реклама
Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее здесь